Удивительные люди — семья ветеранов Великой Отечественной войны Хлусевич — и сегодня в строю.
Яркие рыжие волосы, пронзительно-яркие голубые глаза, очаровательная улыбка. Даже в свои восемьдесят с хвостиком младший лейтенант медицинской службы Людмила Васильевна выглядит великолепно. Наверное, благодаря супругу.

15-3

Убеленный сединой, с офицерской выправкой, Дмитрий Андреевич, отметивший 90-летний юбилей, в кителе и орденах смотрит на супругу ласково, нежно, влюбленно:
— Люсенька, принимай гостей.
— Хорошо, Димочка, только прическу поправлю…
Ни капли наигранности. Садятся рядом, держатся за руки.
— Вы спрашивайте, спрашивайте, не стесняйтесь. Скоро ведь совсем некому будет рассказывать вам о войне…
До свадьбы заживет
Наверное, почти для каждого человека детство — самая лучшая, беззаботная, светлая пора в жизни. Но только не для детей, которые пережили самые страшные четыре военных года. И несмотря на то, что прошли десятилетия, в памяти все еще живут те суровые времена.
Липецкая область. До Москвы — рукой подать. Ей было всего восемь лет, когда она впервые услышала, как разрываются снаряды. Бомбежка. Подвал. Мать крепко прижимает к груди девчонку и тихо молится, чтобы и на этот раз проклятая бомба пролетела мимо. А маленькая Люся ничего не боится. Она уже школьница, буквы учит, на клубничное поле ходит, взрослым помогает. Вот сейчас все утихнет, и надо будет за уроки сесть.
— Нашу школу трижды сжигали и трижды отстраивали, — вспоминает женщина. — Любила учиться, каждый год получала грамоту за отличие, похвальные листы с портретами Сталина и Ленина до сих пор храню. Есть было нечего, одежда вот-вот развалится, а мы ничего — держались, учились и работали. Нам по пять картошек за это давали, остальное на фронт, солдатикам, папке. Он сразу, как началась война, ушел воевать.
Вместе с матерью Люся помогала и раненым. Крови, как и тяжелого труда, тоже не боялась. Солдатики звали ее сестричкой, и несмотря на то, что была мала, как большая, обрабатывала ссадины и тихо приговаривала: ничего, мой хороший, до свадьбы заживет…
Умение сострадать, милосердие, желание помочь после войны и привели Люсю в училище, где она получила профессию фельдшера и акушерки. Талантливую девушку отправили в Ленинград, где несколько лет она работала на путевой машинной станции. Один пассажирский вагон был отдан под медпункт. Состав колесил по стране, останавливаясь в городах и весях. На прием к молодой докторице сотнями шли измученные войной женщины, старики, дети и вчерашние солдаты. Для каждого она находила не только лекарство, но и доброе слово. Бывало, и парни ухлестывали. После войны их было мало, многие девчонки шли замуж и за калек, и за мужчин гораздо старше себя. Это уже считалось удачей. А голубоглазая Люся все ждала свою судьбу…
Маленький партизан
Вторая мировая застала белоруса Димку мальчишкой. Известный исторический факт: 22 июня 1941 года по советским войскам нанесла мощный удар немецкая группа армий «Центр». Западному фронту неожиданно для себя пришлось противостоять главному немецкому удару, направленному в центр европейской части страны. И войска Западного фронта не смогли остановить немецкие дивизии. За десять дней боев они оставили почти всю территорию Беларуси, немцы дошли до линии Днепра. Минск взят врагом. Такое поражение заслуживает того, чтобы называться катастрофой. Но даже эта катастрофа не сломила советских людей. В Белоруссии стали появляться партизанские отряды. В свои 13 лет партизанил и Димка.
Мужики научили, как снимать с брошенных советскими солдатами танков — бросали потому, что ни горючего, ни боеприпасов в окружении не было, пулеметы. Рассказывали, как обойти заминированные поля и машины. По ночам Димка и два его двоюродных брата выбирались из домов и выполняли задания ополчения.
— Немцы-то по ночам почти не высовывались, больно ловкие партизаны — раз и нет фрица, — рассказывает Дмитрий Андреевич. — Собирали с ребятами взрывные шашки с полей, воровали с немецких складов взрывчатку — передавали нашим, а те минировали мосты и дороги, чтобы врагу не дать пройти.
Сколько раз мы видели кинофильмы, в которых оборванный пацан-партизан несет секретную депешу. Побирается сквозь лес и чащу, падает в голодный обморок, прячется от фашистов в дороге и все же продолжает путь, чтобы помочь красноармейцам. Для Дмитрия Андреевича это совсем не киношный сюжет. Этим пацаном был он сам.
— Почти трое суток больше шестидесяти километров через немецкие ставки шел один с пакетом за пазухой. К пакету была прикреплена граната. Для чего? Ну, если бы поймали, тут же бы и взорвал.
Партизаны дали наставление юному бойцу, мол, перед тем, как отдать пакет связному, спроси: «А вы чините швейцарские часы?». Так и случилось, Димка попал к нужному человеку, который верно ответил на кодовые слова. А наутро, дав ребенку выспаться, дяденька отправил его домой.
Были и другие задания партизан, которые шустрый малый с успехом выполнял. А потом советские войска стали прорывать немецкую оборону, и немцы угнали людей рыть окопы. Димке удалось сбежать, но его все-таки схватили немцы. Несколько дней держали в бетонном бункере без воды и еды. А потом и вовсе забыли про него. Повезло. Достали. Но тут же увезли в тюрьму. Привязали обессиленного парня к телеге и тащили несколько километров по разбитым ухабистым дорогам. Несколько дней провел в карцере с пожилым дедушкой, который подкармливал мальца крошками хлеба.
— А потом деда не стало, я начал стучать в двери. Пришли немцы, стали бить меня, я одному палец прокусил. А он меня со всей дури по голове прикладом. Очнулся, когда везли в машине на вокзал, потом, как скот, нас загнали в вагоны и повезли в Германию.
Время от времени он приходил в сознание, а потом снова падал в обморок. Добрая женщина сделала перевязку головы, вынула из головы осколки костей, но рана не заживала, в ней завелись черви. Даже немцы потом ужаснулись от того, что сделали с русским мальчиком их же товарищи. После был концлагерь, и снова издевательства фашистов, тяжелая работа.
И наступил день, когда в лагере стало тихо-тихо. Ни часовых, ни лая собак. Американские войска освободили пленных, потом и русские подоспели.
— Помню и День Победы, нас везли через Эльбу, мост был украшен гигантским портретом Сталина из роз, — вспоминает Дмитрий Андреевич. — Люди пляшут, поют, парень-танкист кричит: «Ребят, есть кто из Витебска?» — «Я, я из Витебска», — отвечаю.
Земляк приодел парня, накормил, да так, что тот чуть завороток кишок не получил.
— Но больше всего меня поразила доброта советского народа. Полевая кухня, варят кашу, в очереди с мисками и наши солдатики, и те, кто только что стрелял по нам — немцы сорвали погоны и тоже ждали своей порции. Наш повар накладывает и приговаривает: «Ешь, фриц, ешь…».
А Димка добрался домой.
Две судьбы — жизнь одна
Трудно даже представить, как эти двое, эти дети войны смогли после всего пережитого не сломаться. Встать на ноги. Получить образование и зажить мирной жизнью. И счастливой.
После того как Дмитрий Андреевич был освобожден из плена, сумел доучиться в школе, а позже отслужил четыре года в Ленинграде.
Людмила Васильевна тем временем ждала свою судьбу в том самом составе путевой машинной станции. В нем, кстати, был и вагон для танцев советской молодежи. Вот там Люся и Дима повстречались.
— У нее коса была едва ли не до пяток, — вспоминает Дмитрий Андреевич. — Глазища! Как не влюбиться в такую?
А Людмила Васильевна потупляет взор, как девчонка. Да, говорит, много солдатиков видала, многих спасала, многие в любви признавались. Но только Димочке удалось завоевать ее сердце.
Так и живет эта удивительная пара вместе вот уже 68 лет!
— Приезжаем на дачу, Люсенька спит, а я пойду поутру, нарежу ей цветов полевых и поставлю в вазу рядышком. Проснется, улыбается, вот и вся награда за то, что она рядом со мной.
В 1976 году наши герои перебрались на Север. Приехали в Нижневартовск из Подмосковья в декабре. Но и суровая сибирская природа, и мороз 55 градусов не напугали пару, которая повидала на своем веку немало, сумев пережить и ту страшную войну, и голод, и холод.
— Первая зима была самой тяжелой: тайга, мороз, ветер, — вспоминает ветеран. — Сначала жили в «красном уголке», потом дали вагончик.
Они и сейчас люди совсем не притязательные. Живут в скромной однушке, в прихожей нет даже шкафчика для одежды, а ванная давно даже не просит, кричит о ремонте. Но жаловаться эти люди не привыкли. Людмила Васильевна, в свое время потерявшая документы, даже официального статуса ветерана ВОВ или труженика тыла не имеет.
— Да это совсем не страшно, — говорит бесстрашная Люся, которая и бомбежек-то никогда не боялась.
Людмила Васильевна и Дмитрий Андреевич на жизнь не сетуют.
— Все ведь хорошо у нас, Люсенька?
— Все хорошо, Димочка. Вот только прическу поправлю…

Александра Сергеева.Фото Юлии Пановой.